Маршрут уклониста

В эту долину, как, впрочем, и в другие, с гор натекли мощные ручьи, через которые мне также пришлось пробираться. Но хотя бы вода в них была чистой. Вдоль потока сквозь низину шла тропа, очевидно, до Хот-Спрингс, города, куда я намеревался попасть. Но в какую же сторону идти?

Решил отправиться на восток, однако примерно через милю дорожка начала загибаться к югу, тогда я развернулся, проследовав четыре, или пять миль, в западном направлении. Правда, тут, огибая гору, тропа однозначно вела на юг. Значит, в прошлый раз я не ошибся, и опять пошёл обратно.

Один и тот же ручей пришлось переходить несколько раз. Тут мне повстречалась молодая семейная пара, державшая путь в противоположную сторону. Как же рад я был столкнуться с другими людьми в этих диких заповедниках!

Мы присели в тени отдохнуть, и предались беседе. Естественным образом диалог коснулся войны. Паренёк сказал, что сепаратисты принуждали его вступить в армию, но он «не собирался сражаться за их ниггеров».

Древесина тут самая разнообразная, но чаще всего попадается сосна. Горы щедро усыпаны сосной и дубом, хотя плотность растительности снижается по мере близости к вершинам.

Также местами виднеются скудные полоски какой-то жёсткой травы, но по крайней мере это можно назвать травой, достойной упоминания, ведь за два года путешествий по Югу ничего похожего я не встречал. Хорошо, что оленям, столь часто убегающим от меня в лес, есть чем прокормиться.

Наконец тропа свернула на север. Теперь предстояла переправа через Уошито. Одна семья возделывала тут клочок земли, и держала каноэ как раз на такой случай. Здесь же я разговорился с престарелым джентльменом, на вид очень сообразительным. Его тоже возмущало тайное голосование.

Ночую сегодня у подножия гор. Сосны вокруг особенно величественны. От земли до первых веток целых шестьдесят футов, а диаметр ствола не меньше двух.

Над хребтом бушует буря, а в кронах деревьев оглушительно свистит ветер. Небо распарывают вспышки молний, сопровождаемые такими раскатами грома, что кажется, будто бы из глубин ущелья палит артиллерийская батарея.

К своему несказанному ужасу я обнаружил всего одну спичку, да и ту ненадежную. Как же быть, если она потухнет? С превеликой осторожностью удалось поджечь немного листвы и сухих веток. Подбросил в костёр коры, которая толком не горела, а лишь плавилась, как смола. Как мог, укрывал огонь брёвнышками из сухостоя, чтобы защитить его от ливня.

Пройдено 23 мили.

Пятница, 10-е

Утром побывал в Хот-Спрингс. Крохотная деревушка, затерянная среди горных цепей. Из построек здесь одни пансионы для инвалидов. У подножия скал бьют горячие источники. Пообщался с парой-другой земледельцев: почти все за Союз, хотя немногочисленный местный народ в политике особенно не участвует. Будь их воля, они бы только землей и занимались.

Переночевал на ферме, а потом вновь направил стопы в самые заповедные дебри. Не раз форсировал ручьи, но в итоге опять сбился с пути, столько здесь развилок и петляющих троп. Куда мне надо попасть – дороги нет. Оттого был вынужден идти кружным маршрутом, чтобы миновать самые опасные регионы штата.

Пройдено 24 мили.

Суббота, 11-е

Сегодня пробирался сквозь узкую, окаймлённую скалами, долину. Местность необитаема. Перешагнул тоненький ручеек, который, подпитываясь другими горными потоками, впоследствии достиг размеров целой реки. Не счесть, сколько раз мне пришлось её пересекать.

Встретил двух молодых людей с тюками на плечах, отрекомендовались возницами дилижансов. Узнав, куда я направляюсь, самым горячим образом выразили поддержку Союзу. Один из них и вовсе ругал сепаратистов на чём свет стоит. Южане, дескать, какого-то их собрата по ремеслу едва не растерзали за то, что тот был янки.

Разбил лагерь в затопленной низине. Снова дождь. Чуть раньше, на мельнице, добыл кукурузу, а в ручье неподалеку даже умудрился поймать рыбу. Вот уж неожиданность. Испёк в золе несколько лепёшек, а рыбку отварил в жестянке.

Пройдено 26 миль.

Воскресенье, 12-е

Опять впереди реки и ручьи, плюс неприветливое болото. Рельеф такой же каменистый, кругом узкие равнины и негодная почва.

К трём часам добрался до Перривилла²⁷. В городишке всего-то пара-тройка срубов и магазин, хотя уже заготовили брёвна для постройки здания суда.

На расстоянии семи миль от Перривилла ни единой живой души. Во второй половине дня как грянула буря, так до сих пор не унимается. 

Пристанище на ночь нашёл в бревенчатой церквушке. Положение их не многим лучше моего, если не считать бекон. Правда я его не ем, но кроме кукурузного хлеба и бекона на юго-западе ничем другим особенно и не питаются. Но такая диета не по мне, и без того сил не хватает. С другой стороны, вреда всё равно немного, тем более альтернативы практически и нет.

Пройдено 26 миль.

Понедельник, 13-е

Льюисбург²⁸ – форпост сепаратистов, и лучше его обойти. На каноэ пересёк реку Арканзас. Ненадолго задержался в Спрингфилде, миниатюрной деревушке на двадцать дворов. Местные симпатизируют Союзу. Заночевал на ферме неподалёку от города.

Пройдено 20 миль.

Вторник, 14-е

Опять необитаемые просторы. Почва скудная и каменистая. Преобладает низкорослый дуб. Форсировал множество ручьёв, которые благодаря проливным дождям превратились едва ли не в реки. Вода везде поднялась, а мостов нет и в помине. С трудом держался курса, поскольку из-за разливов пришлось сойти с привычной тропы.