Бедлам в Бирмингеме

Двенадцать часов, полдень. Воззвание не достигло желаемого эффекта. Прямо сейчас, в двух милях от Бирмингема, пылает загородный дом мистера Хаттона. Весь город в отчаянии. Все вывозят своё имущество или в тайники, или за город. Погромщики окончательно превратились в грабителей, и теперь их не остановит ничто, кроме военной силы, но ближайшая воинская часть находится в Дерби⁴.

Восемь вечера. Погромщики рушат прекрасный дом мистера Джорджа Хамфриса, и жилище Уильяма Расселла, эсквайра, чуть дальше по Оксфорд-роуд. Магазины до сих пор закрыты. Военных не видно. Этой ночью ожидаем ещё более кошмарных бесчинств.

Из-под завалов откопали нескольких бедняг. Те, перепившись, заблудились в погребе мистера Райланда, и сгорели там заживо. Один обгорел так, что опознали его только по пряжке на ботинке, и всё, что от него осталось, можно было сложить и унести в корзине. Другого погибшего нашли под развалинами дома доктора Пристли – кажется, его пришибло обломками здания.

Погромщики, разносившие дом мистера Хамфриса, действовали так четко и организованно, словно их наняли выполнять подённую работу.

Некий джентльмен, покинувший Бирмингем, рассказал, что толпа час от часу разрасталась, и все вышеупомянутые дома были ей снесены до основания.

Многие погромщики гибли по собственной глупости: сразу двадцать захмелевших удальцов нашли свою смерть, когда на них рухнул ими же разрушаемый дом. Один несчастный скончался, лишившись обеих ног, зато в каждом его кармане лежало по бутылке крепкого напитка.

Масса людей уснула вусмерть пьяными там же, где и буянили. Ещё несколько домов намечены к разрушению, но никто и не пытается никого остановить. Весь город оцепенел от ужаса. Какой-то офицер попытался собрать жителей, чтобы силой урезонить погромщиков, но никто не согласился.

Войска задерживаются. Отъезжающий дилижанс толпа застопорила на целый час, но в конце концов выпустила его целым и невредимым. Вот такие дела творились в Бирмингеме вечером.

Воскресенье, семнадцатое июля.

Одиннадцать часов утра. Военных до сих пор нет. Прошлой ночью бирмингемцы с ужасом наблюдали сожжение Мосли-холла, принадлежавшего Джону Тейлору, эсквайру, где жила слепая леди Кархэмптон. К счастью, в своём экипаже её вывез в Кэнвелл сэр Роберт Лоули.

Около двух ночи мы стали свидетелями леденящей душу картины – четыре пожара разом на клочке размером меньше мили! Как оказалось, судьбу Мосли-холла разделили и дома Уильяма Рассела, эсквайра, и мистера Хоукса, лорда Мосли.

Джентльмены и должностные лица города распространили новое воззвание, но оно не возымело желаемого эффекта. Вот его текст:

ВАЖНАЯ ИНФОРМАЦИЯ ДЛЯ ДРУЗЕЙ ЦЕРКВИ И КОРОЛЯ

Бирмингем, воскресенье, 17 июля 1791 года

Дорогие наши друзья, верные англикане!

Вы, верно, не знаете, что огромные убытки, кои наносите, сжигая и уничтожая многочисленные строения, в конечном итоге лягут не только на виновников бедлама, но и на всё графство в целом.

Считаем своим долгом сообщить, что причинённый ущерб к нынешнему моменту составляет порядка ста тысяч фунтов стерлингов. Столь огромная сумма будет взыскана с ваших же приходов и выплачена за счёт увеличения местных налогов.

Именно поэтому, мы, ваши добрые друзья, срочно призываем прекратить дальнейшее разрушение жилищ. В противном случае события, спровоцированные пылким стремлением продемонстрировать верность Церкви и Королю, неизбежно навредят бесчисленным семьям искренних сторонников правительства, и на многие годы наложат и на вас, и на остальных добрых друзей Церкви тяжкое бремя дополнительных налогов.

Подобное уже случалось в Лондоне, где в 1780 году сожгли и разрушили множество самых различных построек. Можете не сомневаться – в нашем случае произойдет точно так же.

Отдельно отметим, что продление жестокости лишь сильнее оскорбит Короля и нашу общую родину, вместо того, чтобы послужить правому делу.

Итак, братья, в любви своей к Королю, почтите его законы и восстановите мир.

Боже, храни Короля!

Подписано: Эйлсфорд, Э. Финч, Роберт Лоули, Роберт Лоули-младший, Р. Морланд, У. Дигби, Эдвард Карвер, Джон Брук, Дж. Чарльз, Р. Спенсер, Генри Грэсуолд Льюис, Чарльз Кёртис, Спенсер Мэден, Эдвард Палмер, У. Виллерс, У. Уоллис Мэйсон

Повсюду пылают пожары: несомненно, горит имущество диссентеров.

Около дома доктора Пристли разбросано множество его личных документов. Говорят, нашли ценную бумагу на 300 фунтов стерлингов в год, выписанную доктору графом Шелбурном, ныне маркизом Лэнфдауном. Но подлинность этого сообщения я подтвердить не могу.

В доме мистера Расселла найдена печатная машина и несколько возмутительных памфлетов, и по этой причине, видимо, жилище сожгли дотла.

Толпой, кажется, движет не жажда наживы, а скорее негодование. Постоянно слышатся крики «Боже, храни Короля и наше государство». Когда рушится чей-нибудь дом, крик переходит в рёв «Так гибнут враги Британии!».

Снесён дом мистера Хобсона, пресвитерианского пастора. Разрушены жилища Бадда, Хоукса, Харвуда и ферма в деревне Мосли. Вышеперечисленных джентльменов чуть раньше записали в главные сторонники Французской революции.

Из темницы в Пик-Лэйн и тюрьмы суда обращений⁵, воспользовавшись субботней суматохой, сбежали все до единого заключённые. Мало-помалу торговля начинает возобновляться, и мы полагаем, что в ближайшее время воцарится мир.