Ужас Амхерста

На следующий день Эстер пролежала в постели до девяти. Когда она встала позавтракать, казалось, все было в порядке, однако вдруг резко пропал ее привычный неуемный аппетит. Девушка проглотила лишь маленький кусочек хлеба с маслом, сдобренный маринованным огурчиком, и запила его чашкой крепкого чая.

Как было тут заведено, она помогла Олив по дому, а после обеда пошла прогуляться мимо почты и вокруг жилого квартала.

За ужином все гадали о том, откуда же взялись эти странные звуки. Логичного объяснения найти так и не удалось, поэтому они решили больше не ломать голову над неразрешимой загадкой. Хотя все-таки сошлись на том, что соседям лучше ничего не рассказывать. Тем более, разве кто поверит, что столь странные звуки могли доноситься из-под кровати.

Четыре ночи спустя с Эстер случился похожий припадок. Дело было около десяти часов, когда девушка только легла в кровать. На этот раз она сумела вернуться в постель еще до того, как от приступа ее тело сильно увеличилось в размерах.

Джейн находилась рядом и подсказала сестре замереть, то есть лежать неподвижно. Глядишь, тогда припадок пройдет сам по себе. Как же она заблуждалась.

Эстер пролежала не более пяти минут, когда внезапно все постельное белье сорвалось с кровати и на глазах изумленных девушек улетело в дальний конец комнаты, туда, где на столе тускло мерцала лампа. Обе громко завопили, и Джейн потеряла сознание.

Как и в прошлый раз, близкие поспешили на крик. Увиденное напугало их почти до исступления: в углу валялись постельные принадлежности, Эстер раздуло до неузнаваемости, а Джейн лежала в глубоком обмороке, хотя кто знает, может, уже и в объятиях смерти. Во всяком случае, при ярком свете лампы в руках Дэна походила она скорее на покойницу.

Первой в чувство пришла Олив. Подняв с пола простыни, женщина укрыла ими сестер. Но едва она это сделала, как белье улетело в тот же самый угол. Почти сразу же подушка вырвалась из-под головы Эстер и врезалась в лицо Джона Тида. Тот выскочил из комнаты, прокричав, что с него хватит и ноги его тут больше не будет. Оставшиеся домочадцы уселись по краю кровати, дабы своим весом прижать белье к кровати.

Тем временем очнулась Джейн. У Эстер страшно разболелась голова, и Уильям Кокс пошел на кухню за ведром воды. Но стоило ему приблизиться с этим ведром к двери спальни, как из-под кровати ухнула череда громких ударов. Ударов притом настолько мощных, что задрожала вся комната.

В тот же момент Эстер начала уменьшаться, постепенно возвращаясь к своему нормальному размеру, и через несколько минут погрузилась в крепкий сон. Похоже, на этот раз все стихло, так что обитатели коттеджа разошлись по собственным покоям.

Наутро девушки ощущали крайнюю слабость, в особенности Эстер. Однако она нашла силы подняться вместе с сестрой и затем прилегла на диван в гостиной.

За завтраком никто не сомневался, что следует вызвать врача. Поэтому к полудню Дэн ушел с фабрики пораньше и нанес визит доктору Каритту. Но, услышав рассказ о ночных событиях, тот лишь рассмеялся.

Правда, прийти вечером и остаться до утра, если в том возникнет необходимость, все-таки согласился. Хотя всю историю Дэна он без колебаний назвал несусветной чушью и заверил, что уж в его присутствии никаких таких штучек в доме точно не случится.

Доктор явился ровно в десять. Сердечно всех поприветствовав, он уселся рядом с Эстер. Девушка легла еще в девять, но пока никаких признаков надвигающегося кошмара не ощущала.

Врач проверил пульс, попросил показать язык и пришел к выводу, что девушка испытывает серьезное эмоциональное волнение, вызванное каким-то сильным потрясением.

Только он произнес эти слова, как подушка Эстер почти целиком сползла с кровати, оставив под головой девушки один-единственный уголок. Большей частью подушка, словно накачанная газом, горизонтально висела над полом, а спустя пару секунд как ни в чем не бывало вернулась на место.

Большие голубые глаза доктора широко распахнулись, и он тихо спросил:

– Вы видели? Она двигалась.

– Видели, – ответил Джон Тид. – Но пусть только еще хоть раз шевельнется. Уж я-то ее удержу. Не посмотрю даже, что она вчера ночью треснула меня по кумполу.

Едва он сказал это, как подушка вновь принялась выползать из-под головы Эстер. Дождавшись, когда подушка двинется обратно, он изо всех сил схватил ее обеими руками. Однако, словно управляемая неведомой силой, подушка легко освободилась от его захвата – от ошеломления волосы Джона встали дыбом.

– Удивительно! – воскликнул доктор Каритт.

Не успел он подняться с кресла, как из-под кровати донесся грохот. Доктор туда заглянул, но ничего не увидел. Стоило мужчине направиться к двери, как шум по полу спальни проследовал за ним.

Вскоре постельное белье вновь очутилось в углу. Только было его вернули на кровать, вдруг раздался скрежет, будто кто-то царапал по стене чем-то острым. Все взоры моментально устремились в эту точку. К величайшему удивлению всех присутствующих у изголовья кровати появилась надпись, начертанная большими буквами:

ЭСТЕР КОКС, Я УБЬЮ ТЕБЯ.

Ясно различимый текст находился там, где еще секунду назад ничего не было.